В шестнадцатом веке итальянский город Виченца стал местом сражения идей, определивших облик мира на столетия вперёд. Майкл Тревор Кофлин в своей остроумной и глубокой работе, исследуя зодчество Андреа Палладио, показывает, что именно в той атмосфере философского и политического противостояния зародилось движение масонства, а сама архитектура стала поэтическим языком, позволявшим не только выразить красоту и мастерство, но и утвердить идеи о свободе воли, первенстве любви и стремления к божественному — как единственным ориентирам на пути совершенствования человека.

В иконографической образности новый голос приобретает архетипическая фигура Минервы Паллады, означающей благоразумие, но не приземлённое маккиавелистское суждение о пользе, а платоновское благоразумие вечности, требующее от человека неизменно оставаться в «Сейчас», единственном истинном времени.